|
Ее заказал Саше Комитет Общества, чтобы еще раз увериться в Сашиных способностях... Беллерофонт — древний греческий герой и Химера — чудище, изрыгающее огонь, нисколько его не увлекли, не взволновали. Пожалуй, только рисуя Пегаса — коня Беллерофонта, он увлекся по-настоящему, а  остальное... Он понять не мог, что с ним произошло. Словно руки не те стали, словно глаза другие, словно ничему не учился. Он и сам стал думать, что недостоин Италии.
В последний год, правда, Саша превозмог себя — закончил карандашом два колоссальных картона — «Лаокоон с детьми» и «Боец». Совет Академии признал их образцовыми. Снова появилась у Саши надежда на поездку.
Поругивая себя за то, что не дал Килю достойного отпора, Саша подмалевывал небольшой холст для образа Иоанна Крестителя. Постепенно работа увлекла его, и он позабыл обо всем...
Саша никому не признавался, но над образами он работал с большой охотой: хорошо, что заказов у батюшки множество. Образа — это более школа. Постичь символику икон — великое дело. Он воспринимал каждую как историческую картину, в которой всякий штрих строго обусловлен, всякая деталь многозначительна...
Изображен на иконе старого мастера облаченный во власяницу и хитон Иоанн Креститель. Он обратил взор к зрителю, ко всем, кто на него смотрит, во все времена. Чего он хочет, куда зовет? Не отступить с избранного пути, как бы он ни был тяжел. Стоит Иоанн возле зеленого дерева, у ствола которого помещена секира. Дерево — символ плодотворной жизни. Всякое древо, не приносящее плода, должно срубить секирой... Вот сколь суров смысл древней иконы.
Говорят, образа губят художника... Но кто знает, может быть, это и есть Сашина доля: образа, да Петина артель, да Варенька — милое, очаровательное создание с добрыми, умными глазами? Маняша поражена его нерешительностью—Варенька такая красавица, а он зевает.
А вот и Маняша — легка на помине, а с нею, конечно, Варенька. На него пахнуло ароматом духов, весенней свежестью.
— Саша, ты что, забыл? Мы едем в театр!
— В театр? Да, да... Правда, забыл. Простите.
— Сегодня «Пожарского» дают.
— Пожарского? Забыл. Я сейчас...
|
